СОВРЕМЕННЫЙ «СТАТУС КАСПИЯ» ИЛИ ПРОБЛЕМА ОТСУТСТВИЯ ПРОБЛЕМЫ
Довольно щепетильный вопрос статуса Каспия - стар почти как сам Каспий. Сегодня он встает на повестке дня по мере пересечения геополитических интересов различных держав и усиления хозяйственной деятельности пяти суверенных прибрежных стран на территории водоема.
Основная проблема «проблемы статуса» современного Каспия в том, что де-факто ее уже не существует, поскольку разведка и добыча энергоносителей ведется во всех пяти каспийских секторах, в том числе и иностранными компаниями некаспийского происхождения, а подводные нефте- и газопроводы проложены еще со времен первой добычи морской нефти в 1949 г. в азербайджанской национальной акватории. Другое дело, что с 1994 года - момента подписания первого международного контракта по месторождениям «Азери», «Чираг» и глубоководной части «Гюнешли», вопрос «статуса Каспия» так или иначе инициируется, муссируется и не решается лишь одной прикаспийской страной - Россией.
Причем, чем острее в одностороннем порядке ставится вопрос, тем успешнее проекты, против которых это давление, собственно говоря, и направлено. Исключение - проект по «Кяпаз-Сердар» (Азербайджан-Туркменистан), который был инициирован консорциумом российских компаний ЛУКОЙЛ - Роснефть и ГНКАР в 1997 году, но затем был заморожен по чисто политическим причинам. Аналогичная судьба настигла и второй крупный проект в азербайджанском секторе Каспия - по перспективным площадям «Араз», «Алов», «Шярг», на которые неожиданно запретендовал через год по тем же причинам Иран. Две крупнейшие газовые державы вполне убедительно показали, что не хотят видеть соответственно Азербайджан и Туркменистан в стане своих конкурентов на мировом рынке. Само собой разумеется, что ни Ирану, ни России такая политика не прибавляет ни авторитета, ни каких-либо экономических дивидендов на международной арене, поскольку отчаявшиеся разрушить монополию потребители все больше инвестиций вкладывают не в освоение новых месторождений за рубежом, а в свои атомную энергетику, высокотехнологичные энергосберегающие производства, возобновляемые источники энергии, разработку органического биотоплива и этот процесс уже необратим.
Сегодня же накануне инициируемого при поддержке Евросоюза нового каспийского проекта - транскаспийского газопровода, «статус Каспия» вновь поднимается на повестку дня. Отметим, что у РФ в настоящее время нет ни одной спорной структуры в своем секторе, все три - «Хвалынское», «Курмангазы» и «Центральная» уже согласованы с Казахстаном, а Ялама-Самурская зона с Азербайджаном согласно секторальному принципу раздела и на них уже ведутся соответствующие предпроектные работы.
К вопросам, связанным с использованием ресурсов Каспийского моря, нельзя подходить с общими мерками, для него "необходимо особое регулирование". Об этом заявил в марте на парламентских слушаниях по проблемам правового обеспечения энергетической и экологической безопасности Каспийского региона посол по особым поручениям МИД РФ Александр Головин.
По его словам, передает Итар-Тасс, появилась потребность в разработке нового документа, способного всесторонне урегулировать правовой статус Каспия. "Прикаспийские страны договорились об учреждении переговорного механизма, который уже несколько лет ведет работу по подготовке новой конвенции о правовом статусе Каспийского моря, но она продвигается непросто", - признал он. Вместе с тем, подчеркнул А.Головин, без новой конвенции "на длительную перспективу" не обойтись.
Он полагает, что именно нерешенность правовых вопросов приводит к тому, что на стыках зон недропользования, на которые претендуют несколько государств, "работы по нефтегазоносным структурам начаться не могут". В то же время А.Головин считает, что для заключения соглашений о разграничении дна в целях недропользования нет нужды дожидаться выработки конвенции о правовом статусе Каспия. "Разграничение дна - это вопрос, который по своей природе не требует решений в пятистороннем формате", - пояснил он.
В целом, констатировал он, "в основе принципиального подхода российской стороны к вопросам урегулирования статуса Каспийского моря лежит признание того, что чем большая его часть останется в общем пользовании прикаспийских государств, тем лучше".
Представитель МИД также обратил внимание на экологические риски, возникающие при эксплуатации ресурсов Каспия. "Минеральные ресурсы Каспийского моря и сейчас составляют менее трех процентов общемировых, поэтому сохранение экологического равновесия станет приоритетной задачей для недопущения на Каспии катасрофы, подобной Аральской", - заявил А.Головин.
До принятия конвенции участники слушаний считают необходимым исходить из того, что до определения нового правового статуса Каспийского моря продолжает действовать правовой режим, установленный Договором между РСФСР и Персией от 26 февраля 1921 г и Договором о торговле и мореплавании между СССР и Ираном от 25 марта 1940 г, которыми предусматривается свобода судоходства для судов под флагами Прикаспийских государств, свобода рыболовства, за исключением десятимильной прибрежной зоны, и запрет на плавание судов под флагами некаспийских стран и попытки изменения в одностороннем порядке этого режима недопустимы.
Участники слушаний предложили правительству провести консультации с заинтересованными министерствами и ведомствами, Российской академией наук по подготовке предложений РФ по созданию специального органа /конференции/ по защите морской среды и биоресурсов Каспийского моря.
Они считают необходимым провести очередной экономический форум в г. Санкт-Петербурге, посвященный проблемам Каспийского моря, а также провести анализ кооперации прикаспийских стран в вопросах добычи и транспортировки углеводородов шельфа Каспийского моря, по итогам которого подготовить паритетные предложения по освоению шельфовых месторождений Каспия и маршрутов их транспортировки.
Также предложено подготовить дополнительные предложения по развитию судостроения, с учетом возрастающих требований по перевозке нефтепродуктов и экологической безопасности Каспийского региона, а также провести дополнительный комплекс мер по размещению заказов на производство нефтегазодобывающих платформ с учетом потребностей стран СНГ Каспийского региона.
Рост нефте- и газодобычи на Каспии не может не вызывать беспокойство, это особо чувствительная зона, и подход к сохранению ее экологии должен быть соответствующим. Поэтому, безусловно, все прикаспийские страны должны требовать от своих операторов и подрядчиков практически безопасного ведения нефтегазовых операции на Каспии. Для этого есть и соответствующий мировой опыт.
Так существует эксклюзивная группа морских районов, которые из-за высокой уязвимости их акватории и побережья определены Комитетом по охране морской среды (КОМС), контрольным органом Международной морской организации (ММО), как Особые районы (ОР). Они включают ОР Средиземного моря, ОР Балтийского моря, ОР Черного моря, ОР Красного моря, ОР Персидского залива, ОР Залива Аден, ОР Оманского моря, ОР Антарктики и ОР акватории Северо-Запада Европы, а с марта 2006 года и ОР побережья ЮАР. В организацию входят более 25 стран Северной Америки, Африки, Южной Америки, Европы, Юго-Восточной Азии и Карибского региона.
Статус Особого района означает, что острое или хроническое загрязнение нефтью и нефтепродуктами, балластными водами с проходящих судов уменьшится, поскольку компаниям и судам будет запрещено сбрасывать загрязненные неорганическими соединениями выбросы и балластные воды в море, или же на такой сброс будут наложены ограничения. За счет объявления охраняемого статуса данной акватории на международных навигационных картах, это также будет предостерегать суда от нелегальных сливов топлива в водоем.
В соответствии с процедурами ММО, статус Особого района начинает действовать постепенно, в промежуточный период до вступления статуса в силу, КОМС публикует и повсеместно распространяет циркуляр, призывающий к добровольному соблюдению запретов и ограничений, налагаемых статусом Особого района.
Аналогичное решение может быть принято и в плане ограничения незаконного рыболовства, сохранения флоры и фауны уникального каспийского водоема.
В сложившихся условиях необходимости для прикаспийских стран освоения каспийских ресурсов, данный международный подход представляется наиболее конструктивным и безопасным для Каспия. Поскольку, де-факто раздел Каспия осуществлен и кто-то может с этим не соглашаться, от этого ситуация не изменится, также не остановить и стратегические проекты, направленные на удовлетворение потребностей в энергоресурсах многомиллионного европейского рынка.
Но согласование подходов и принципов сохранения биоресурсов Каспия - одна из немногих задач, объединяющая интересы и ответственность всех пяти прикаспийских стран. И от ее решения согласно действующей мировой практике в соответствии с уже определенными и принятыми международными стандартами, зависит без всякого преувеличения будущее каспийского региона.