НА СТЫКЕ ЕВРОПЫ И АЗИИ
ТУРКМЕНИСТАН ПОДКЛЮЧАЕТСЯ К МНОГОВАРИАНТНОЙ СИСТЕМЕ ЭНЕРГЕТИЧЕСКОЙ БЕЗОПАСНОСТИ
Международное энергетическое агентство (IEA) выпустило в середине лета доклад с предупреждением об опасности «ресурсного национализма», то есть мер по установлению жесткого контроля правительств и государственных корпораций над энергетическим сектором и ухудшению условий работы для иностранных инвесторов.
Сталкиваясь с таким диктатом владельцев сырьевых ресурсов, инвесторы сокращают присутствие в этих странах, а страны-потребители работают над диверсификацией поставок и интенсивно ищут альтернативные источники энергии. Под нажимом властей в Венесуэле прекратила работу корпорация ConocoPhillips, а в России Shell и BP отдали значительную часть своих успешных и перспективных проектов «Газпрому».
Российское правительст-во намерено в ближайшее время законодательно закрепить уже сложившуюся практику дискриминации иностранных компаний, желающих получить доступ к разработке крупных залежей сырья. В Иране точно такой «патриотический» подход доведен до крайности. Здесь иностранцы вообще лишены каких-либо прав на недропользование.
Начало такому отношению к иностранным инвесторам в Иране было положено еще в 1952 году, когда на волне народных выступлений нефтяная отрасль была национализирована, а в конституцию вошел пункт о недопущении каких-либо иностранных концессий. Этот пункт в 1979 году без изменений перекочевал и в конституцию Исламской Республики Иран.
«Азербайджан находится на стыке Европы и Азии, и это обязывает его установить добрые отношения со странами и Европы и Азии, со всеми странами мира» - Гейдар Алиев (20 сентября 1994 г.)
Эти слова, сказанные общенациональным лидером Азербайджана Гейдаром Алиевым на церемонии подписания контракта века в Баку, стали основополагающими для последующей стратегии многовариантного экспорта энергоносителей из каспийского региона на мировые рынки. Задумавшись впервые в мире о своей жизненной безопасности и независимости, неразрывно связанной с энергетической, Азербайджан показал миру реальность альтернативного мышления в этой крайне традиционалистской и стереотипной сфере мировой экономики.
После вывода азербайджанской нефти с использованием трех нефтеэкспортных маршрутов на мировые рынки, Азербайджан со своими партнерами по проекту «Шах Дениз» ведет довольно успешные переговоры по экспорту не только своего, но и среднеазиатского газа на европейский рынок.
«Сегодня газовый фактор является основным в обеспечении энергетической безопасности и энергетической независимости стран мира», - говорит президент Азербайджана Ильхам Алиев. Не обремененный таким понятием, как «ресурсный национализм», который в конечном итоге приносит таким странам одни убытки, после запуска нефтепровода Баку-Тбилиси-Джейхан имени Гейдара Алиева, Азербайджан имеет все шансы на еще один стратегический успех – стать самым стабильным и прибыльным узлом транзита газа из таких потенциально богатых энергоресурсами стран, как Туркменистан и Казахстан, в будущем к этому проекту, возможно, подключится и Узбекистан.
Транскаспийский проект
Сооружение транскаспийской экспортной системы из Туркменистана в Баку, многие связывают с разрешением вопроса статуса Каспия, но эта проблема давно уже перешла в плоскость двусторонних отношений между соседними государст-вами и не является основополагающим препятствием для осуществления этого проекта. Так, о срединной линии и разделе месторождений давно договорились между собой Россия и Казахстан, Азербайджан и Россия.
• 6 июля 1998 года между Россией и Казахстаном было заключено соглашение о разграничении дна северной части Каспия, в целях осуществления суверенных прав на недропользование. Это соглашение предусматривает раздел дна и недр моря на основе принципа модифицированной срединной линии.
• 9 января 2001 года, в ходе визита президента Российской Федерации Владимира Путина в Баку, было подписано “Совместное заявление о принципах сотрудничест-ва на Каспийском море”.
В тексте Совместного заявления сказано о методике раздела дна моря “на основе метода срединной линии, проводимой с учетом равноудаленности точек и модифицированной по договоренности сторон, а также с учетом общепризнанных принципов международного права и сложившейся практики на Каспии”. Пункт 5 Заявления гласит: “Другие элементы правового статуса Каспия предполагается обсудить на последующих этапах”.
Из этих договоренностей вытекает, что 3 из 5 стран – Азербайджан, Россия и Казахстан уже пришли к первому консенсусу – разделу дна и недр моря на основе прин-ципа модифицированной срединной линии с учетом общепризнанных принципов международного права и сложившейся практики на Каспии.
• Казахстан и Азербайджан подписали соглашение о разграничении дна Каспийского моря в Москве 29 ноября 2005 года. Документ устанавливает принципы разграничения дна Каспия на национальные сектора по срединной линии, географическое описание и координаты которой будут содержатся в отдельном протоколе. Договоренности не касаются разграничения суверенных государственных территорий и относятся к осуществлению хозяйственно-экономической деятельности на дне в целях разведки, разработки и управления ресурсами дна и недр национальных секторов моря. Как подчеркнул представитель казахстанского МИД, разграничение дна моря не распространяется на биологические ресурсы и использование Каспия в целях судоходства. Стороны также призвали прикаспийские государства к скорейшему заключению на основе их общего согласия конвенции о правовом статусе Каспийского моря.
Основной проблемой будущего транс-каспийского газопровода является его ресурсо-обеспеченность, поскольку текущая добыча газа в Туркменистане законтрактована российским Газпромом на десятилетие вперед (чит. предыдущие номера Caspian Energy), а остальные месторождения суши отданы китайцам. Туркменские представители уже сообщили, что новых контрактов на освоение углеводородных запасов суши не будет. А приоритетной задачей правительства определено полномасштабное освоение углеводородных ресурсов туркменского сектора Каспия и его прибрежной зоны, здесь речь идет о 6,5 трлн. запасов. Туркменистан уже посетили главы мировых нефтегазовых холдингов, приглашение на шельф получили также российские, казахстанские и узбекские компании. Интенсифицировался переговорный процесс с Азербайджаном, который со своей стороны на дипломатическом уровне не менее решительно взялся за решение застарелой проблемы приграничного месторождения «Сердар-Кяпаз». Министр промышленности и энергетики Азербайджана Натиг Алиев в беседе с журналистами не исключил возможности достижения договоренности по этому приграничному месторождению. Достижение консенсуса между двумя странами является логическим не только с правовой точки зрения, поскольку прецедент в лице России и Казахстана уже есть (по принципу 50/50 компании двух стран в 2005-2006 гг. договорились о разработке «Курмангазы» (Казахстан) и блока «Центральная» (Россия), но и с хозяйственной – азербайджанская газовая инфрастуруктура удалена от туркменского сектора всего на 50 км. Вопрос юрисдикции месторождения по сравнению с ценой вопроса для конечных рынков сбыта (чит. Caspian Energy No4(45) также не кажется столь принципиальным.
Кроме того, президент Туркменистанарешительно настроен «войти в историю как лидер, который открыл для туркмен море», сказал пожелавший остаться неизвестным источник в правительстве.
Поэтому можно предположить, что Г.Бердымухаммедов предпочтет усилить инвестиционную привлекательность нефтегазового сектора своей страны путем развития альтернативных экспорт-ных направлений, как это сделал 13 лет назад Азербайджан. И уже в ближайшее время можно ожидать, аналогично майскому российскому и сентябрьскому китайскому, прорыва в развитии проекта транскаспийского газопровода, во-всяком случае для этого уже созрели все предпосылки.
В начале сентября президент Турк-менистана Гурбангулы Бердымухаммедов пригласил к разработке Правобережья реки Амударья китайскую корпорацию CNPC. Инвестор получил лицензию на разведку и разработку договорной территории «Багтыярлык» в восточной части Туркменистана площадью более 500 кв. км.
Предполагаемые запасы переданных китайцам Самандепе, Ялгуйи, Бота оцениваются почти в 1.3 трлн куб. м. газа. Эти ресурсы станут основой для заполнения будущего газопровода Туркменистан – Китай мощностью 30 млрд куб. м. в год к 2015 году.