КАЗАХСТАН - ГЕОПОЛИТИЧЕСКИЕ РЕАЛИИ МНОГОПОЛЯРНОГО МИРА
Айнур АУЕСХАНОВА «CASPIAN ENERGY» - «Время по Гринвичу»
Ресурсы нефти и газа Каспия и открывшиеся перспективы участия иностранных компаний в их разработке разогрели регион до состояния одной из самых горячих точек мира, в которой сошлись геополитические и экономические интересы множества стран. В фокусе этих интересов находится вопрос транспортировки нефти и газа — проблема, которая в реальности выходит за рамки чисто транспортной и является внешним выражением происходящей борьбы за сферы влияния. Основные приоритеты Казахстана состоят в скорейшем решении всех проблем, препятствующих широкомасштабным инвестициям в нефтегазовый комплекс, являющийся основой социально-экономических преобразований страны.
"Евро-азиатский коридор" и приоритеты Казахстана
После распада СССР в странах Каспийского региона возникла объективная задача поиска альтернативы российскому влиянию. Эта задача стала важной составляющей в процессе становления и развития новых независимых государств. Сама Россия столкнулась с новой расстановкой сил на так называемом постсоветском пространстве. Для Казахстана такой альтернативой стала каспийская нефть и проблемы ее транспортировки на мировые рынки. Нефть дает средства не только для Казахстана, но и для развития экономик прибрежных государств. Нефтяной фактор ускорил приход западных компаний в Каспийский и Закавказский регионы. Такие государства, как Грузия и Азербайджан в настоящее время откровенно делают ставку исключительно на западное, прежде всего американское влияние и присутствие.
Каспийская стратегия США
Ставка на Запад лежит в основе "евро-азиатского коридора", который обеспечивает проникновение западного капитала в стратегически важный регион Каспийского моря. Специальный советник государственного секретаря по вопросам Содружества Независимых Государств г-н С.Сестанович обозначил четыре основных элемента американской стратегии на Кавказе и в Центральной Азии: укрепление современных политических и экономических механизмов и продвижение вперед рыночной демократии; урегулирование конфликтных ситуаций; развитие энергетики и создание энергетического транспортного коридора между Востоком и Западом; сотрудничество в вопросах обеспечения безопасности.
Таким образом, стержнем "евро-азиатского коридора" являются именно энергетические ресурсы Каспия, которые позволят прибрежным странам включиться в евро-атлантические и глобальные системы. По мнению американцев, "евро-азиатский" транспортный коридор между Востоком и Западом будет способствовать не только экономическому развитию, но и региональному сотрудничеству. Этот коридор укрепит независимость и суверенитет новых государств. Официальная американская стратегия в вопросах энергоресурсов Каспийского бассейна ключевой момент в больших обязательствах общей поддержки независимости и суверенитета новых государств. Но, что немаловажно, каспийское направление сулит громадные прибыли американским коммерческим структурам.
Министерство энергетики США оценивает ресурсы Каспия в 200 млрд баррелей, а поскольку США являются самым крупным мировым потребителем нефтепродуктов, то становится ясно, почему Америка объявила регион Каспия зоной своих жизненных интересов. Поскольку контроль за топливно-энергетическими ресурсами и средствами их транспортировки играет важнейшую роль в определении геополитических позиций той или иной страны, нам представляется чрезвычайно актуальным определить приоритеты Казахстана в обозначенной проблеме.
Интересы Казахстана
Нынешнее руководство Казахстана, осуществляя социально-экономические рыночные преобразования, значительную роль отводит нефтегазовому комплексу. Одно только Тенгизское месторождвние обладает запасами около 1 млрд. тонн нефти. Значительные ресурсы содержит казахстанский шельф Каспийского моря (собственные оценки казахстанских специалистов определяют только их разведанную часть в 3—6 млрд т, прогнозные же запасы — в 15—20 млрд т). Официальные представители Казахстана заявляют, что в следующем веке Казахстан выйдет на 6-е место в мире по нефтедобыче, обеспечив ее годовой объем в 170 млн. тонн.
В последнее время Казахстан интенсифицировал все свои усилия по определению статуса Каспия. Неопределенность правового статуса Каспийского моря является одним из главных препятствий для разработки углеводородных запасов прикаспийского шельфа Казахстана. Казахстан наряду с Азербайджаном всегда выступал за раздел моря на национальные секторы.
Россия и Иран предлагали считать Каспий озером и совместно разрабатывать его месторождения. Туркменистан вплоть до известного конфликта с Азербайджаном по поводу принадлежности месторождения Кяпаз (Сердар в туркменской транскрипции) пытался занимать нейтральную позицию, которая в силу известной зависимости Ашгабада от Москвы и Тегерана а вопросах транзита туркменского газа, была ближе к позиции Ирана и России.
Болевые точки
Нерешенность правового статуса Каспийского моря делает широкомасштабные инвестиции в разработку нефтяных ресурсов рискованным мероприятием. Сейчас в нефтегазовый комплекс Казахстана на Каспии вложено западными компаниями свыше $2 млрд, но это не предел, ибо президент Казахстана Нурсултан Назарбаев в ходе визита в США в ноябре 1997 года подписал соглашения о инвестициях на сумму до 600 млрд долларов на ближайшие 40 лет. Крайне негативное влияние на перспективы начала работ по контрактам оказало падение в 1998 году мировых цен на нефть (в среднем цена одного барреля нефти упала тогда с $19 до 13). В такой ситуации невыгодное географическое расположение Казахстана в центре Евразии — отсутствие выхода к открытым морям, крайняя отдаленность от крупнейших мировых потребителей нефти становится более очевидным. Это относится к Каспийскому трубопроводному консорциуму Падение цен на нефть делает проблематичными и другие масштабные проекты транспортировки (КТК) и к проекту строительства нефтепровода длиной почти 6 тыс. километров из Западного Казахстана в Китай. И проблематичным становится транскавказский нефтепровод через дно Каспия, Азербайджан, Грузию и Турцию с дальнейшим выходом в Европу. Мировой кризис цен на нефть резко обозначил все "болевые точки" нефтяного каспийского пирога. Подобный горький опыт, риск нестабильности мирового рынка должен учитываться при соответствующих расчетах в будущих проектах.
Подписание казахстанско-российских соглашений о разделе дна Каспийского моря вызвало понятную настороженность Азербайджана, неудовольствие Туркменистана и откровенное неприятие Ирана. С позицией Ирана нельзя не считаться хотя бы потому, что СССР и Иран долгое время осуществляли эксплуатацию моря и его недр, и весь правовой статус определялся двусторонними соглашениями между этими странами.
И хотя появление Казахстана, Азербайджана и Туркменистана в качестве новых государств, членов ООН и субъектов международного права изменило в корне каспийскую ситуацию, Иран твердо заявляет, что раздел дна Каспия нецелесообразен и не отвечает требованиям этих государств. Обычно Иран поддерживал Россию во всех начинаниях в Каспийском регионе, но открытый карт-бланш, который дала Россия американским компаниям, работающим в азербайджанском и казахстанском секторах, вызвал противодействие Ирана. В ходе российско-американских переговоров и российско-казахстанских встречах на высшем уровне фактически решены вопросы деления дна Каспия, да и все страны региона уже разрабатывают свои секторы. Позиция Ирана такова: если одно из пяти прикаспийских государств возражает против нефтеразработок на шельфе моря, то их надо приостановить.
Азербайджан поддержал позицию России по поводу дна Каспия и изначально высказывался за деление всего Каспия на секторы по срединной линии, хотя не высказал своего мнения относительно поверхности моря. В основе компромисса Казахстана и России в северной части моря лежит принцип раздела именно дна моря. При этом водная толща и биоресурсы остаются в совместном пользовании сторон. Под биоресурсами подразумеваются знаменитые каспийские осетровые и не менее знаменитая черная зернистая икра. В российских средствах массовой информации постоянно акцентируется внимание общественности на ценность каспийских осетров и часто выражается сомнение в адекватной ценности запасов нефти и газа на шельфе моря. Принцип раздела дна моря отвечает интересам России, так как Москва сохраняет контроль над водной толщей.
Море сотрудничества или море раздоров?
Недавно посол Ирана в Азербайджане г-н Бигдели заявил, что на Каспии переплетается столько интересов, что он может превратиться в море раздора. Действительно то, что пока вопросов больше, чем ответов. Почему, например, Россия пошла на раздел дна моря? Ведь Казахстан, равно как и Азербайджан с Туркменистаном получают все права на разработку нефтяных месторождений в своих секторах. До недавнего времени Россия всегда выступала за совместное использование нефтяных богатств Каспия. Что находится под понятием "совместное пользование водной толщи моря"? Имеет ли право Россия контролировать процесс добычи нефти с нефтяных платформ, находящихся на поверхности моря, так как добываемая казахстанская нефть будет проходить через совместно используемую водную толщу? Каковы технические гарантии, что не будет нанесен ущерб биоресурсам моря, которые находятся в этой водной толще?
Руководство Казахстана форсированно шло к именно такому повороту в каспийской проблеме, ибо для Казахстана важно было как можно быстрее урегулировать правовой статус моря. Без решения этого важнейшего вопроса невозможны широкомасштабные инвестиции, прежде всего американские. Казахстан не может долго ждать в отличие от Азербайджана, на шельфе которого уже идут разработки и добывается первая нефть. Это — во-первых. А во-вторых, если правовая принадлежность нефти на дне моря решается двусторонними соглашениями с Россией, то в вопросах ее транспортировки на поверхность всегда можно договориться.
О чем нельзя будет договориться с Россией, так это о строительстве нефтепровода по дну Каспийского моря. Заботясь о пресловутых биоресурсах, Россия никогда не даст свое согласие на такое строительство. В экологическом плане подводный трубопровод таит в себе опасность. Строительство же его, по мнению российских экспертов, непомерно дорого и для его окупаемости необходимо будет прокачивать, возможно, всю добываемую нефть в Западном Казахстане и шельфе моря. В случае повторного падения мировых цен на нефть, ее транзит может приносить доходы, сопоставимые с прибылью от ее продажи. Поэтому Азербайджан заинтересован в подводном трубопроводе, а Россия исключительно в наземном, ибо нефтепроводы не зависят от конъюнктуры нефтяного рынка (доход страны, через которую проходят нефтепровод, стабильный и постоянный). Азербайджан, несомненно, рассчитывает направить основные потоки каспийской нефти через свою территорию. Транзит казахстанской нефти через Азербайджан принесет Баку доходы, сопоставимые с экспортом собственной нефти, не говоря уже о политических дивидендах.
Транскавказский проект?
Транскавказский проект "евро-азиатского коридора" для Казахстана означает прежде решение проблем геополитического, экологического, экономического и технического характера.
Несмотря на решительную поддержку данного проекта Вашингтоном и крайнюю заинтересованность Азербайджана, Грузии и Турции, транскавказское направление "коридора" сулит политическое обострение в регионе (Карабах, Чечня, Дагестан, общая нестабильная ситуация на Кавказе, курдская проблема в Турции; в истории строительства нефтепроводов не было такого случая, когда бы он проходил через столько международных границ и пролегал по территориям стран, которые до этого никогда не сотрудничали).
Что касается Вашингтона, то он давно готовил поход за каспийской нефтью — и первой частью этого плана было прекращение нефтяного потока из Ирака. Большая часть иракской нефти шла по нефтепроводу через территорию Турции к ее средиземноморскому побережью, к порту Джейхан. Теперь к этому порту будет проложен трубопровод от Каспия. Но в недавнем падении цен на нефть почти на треть решающую роль сыграло появление на мировых рынках иракской нефти. В основе американского присутствия на Каспии в значительной степени лежит возможность диверсификации источников поставок нефти.
Анкара, лишенная громадных доходов от транзита иракской нефти, усиленно старается компенсировать потери, подключившись к работам по освоению Каспия. Транскавказский трубопровод, вне всякого сомнения, вызовет резкое неприятие Москвы, для которой реальной стала проблема появления конкурентов, тоже добывающих нефть на постсоветском пространстве.
КТК – потенциальный проект потенциальных конкурентов
Другой вариант "коридора" — это строительство трубопровода от казахстанского шельфа Каспия к Новороссийску с выходом в Черное море (КТК). Несмотря на очевидные выгоды и для Казахстана, и для России (больше для последней), данный вариант в полной мере демонстрирует транзитную зависимость первой от второй. Транзит нефти через российскую территорию может принести большие доходы российской казне (по расчетам, освоение казахстанских каспийских месторождений может гарантировать значительные прибыли при относительно меньших, чем в самой России, капиталовложениях). Российский транзит заключает в себе следующие обстоятельства, которые должен учитывать Казахстан.
Маршрут в значительной степени дискредитирован войной в Чечне, которая сыграла в конечном итоге в пользу турецкого транзита. Выход в Новороссийск вовсе не означает, что казахстанская нефть широкомасштабно пойдет в Европу, ибо неизбежно встанет проблема "низкой пропускной способности" проливов Босфор и Дарданеллы, находящихся в ведении Турции. Позиция МИД РФ по-прежнему состоит в том, что Каспий является озером, и на него не распространяются юридические нормы конвенции ООН (1982 г.) по морскому праву (секторальное деление лоббируется крупными российскими нефтяными компаниями и лишь негласно поддерживается российским правительством).
Но самое главное заключается в том, что интересы Казахстана не совпадают с российскими в чисто экономическом плане: обе страны являются естественными конкурентами на мировых рынках углеводородного сырья.
Китай?
С этой точки зрения чрезвычайно привлекательным является китайский маршрут (из Западного Казахстана в Синьцзян-Уйгурский автономный район КНР; длина трубопровода составляет 2600 км, но для того, чтобы довести нефть до ее основных потребителей в глубине Китая, необходимо увеличить протяженность трубы до 8 тыс. км). Стоимость этого проекта составляет $9 млрд, и президент Казахстана Н.Назарбаев справедливо назвал его "контрактом века". С учетом того, что к 2010 году Китай может выйти на первое место в мире по выпуску ВВП и превратится в крупнейшего потребителя нефти наряду с США, китайское направление, на наш взгляд, может стать весьма перспективным и одним из самых приоритетных для Казахстана. Президент Казахстана Нурсултан Назарбаев в Стратегии развития страны до 2030 года так определил казахстанскую политику: "Только большое количество независимых экспортных маршрутов может предотвратить нашу зависимость от одного соседа и монопольную ценовую зависимость от одного потребителя".
Каспий-эпицентр борьбы за многополярный мир
Борьба за каспийскую нефть и геополитическое влияние в этом регионе между западными странами во главе с США, с одной стороны, и Россией — с другой обостряется. От исхода этой борьбы зависят перспективы складывающегося многополярного мира, где претензиям США на гегемонию противостоят Россия, Китай, Иран. На сегодняшний день эпицентр начавшейся борьбы находится в Закавказье: западные страны рассматривают Азербайджан и Грузию в первую очередь в качестве транзитной территории к еще одному важнейшему для исхода мирового противостояния региону — Центральной Азии.
Сложился альянс Баку—Тбилиси, который является стержневым для складывающейся антироссийской оси Киев—Тбилиси—Баку—Ташкент—Астана. Главная цель создания "евро-азиатского коридора" — это создание конгломерата из государств бывшего СССР, направленного на укрепление западного влияния в регионе Центральной Азии.
Ситуация может измениться с появлением новых подходов во внешнеполитическом курсе России. Существует мнение, что в российской политике борются два течения: имперское и прагматическое, идет, образно говоря, борьба между "хранителями империи" и "строителями нации". На самом деле налицо противостояние групповых интересов. Во всяком случае на всем постсоветском пространстве новые независимые государства с настороженностью и опаской относятся к бывшему "старшему брату", что способствует дальнейшему падению доверия к северному соседу, как к экономическому партнеру.
Если прикаспийские государства искренне хотят сформировать общекаспийскую зону сотрудничества в нефтегазовом комплексе, то сегодня это потребует одного – серьезного и гарантированного подтверждения участия каспийских экспортеров в региональных транспортных проектах Азербайджана. Исключение не составляет и Россия, которая находится на пути освоения северного шельфа Каспия, а значит задействования направления Баку-Новороссийск, который при серьезной корректировке российского внешнеэкономического и внешнеполитического курса, может послужить основой для экономического присутствия России наряду с западным капиталом в регионе.